– Глянь-ка. Это не обычный волк. Посмотри на его голову, челюсть коротка для волка или собаки. И это.
Фрадек приподнял переднюю лапу зверя. Лапа существа заканчивалась пятипалой, почти человеческой ладонью с кривыми острыми когтями. Зараэль ошеломленно смотрела на странное существо.
– Что за дрянь, – Фрадек с отвращением отбросил лапу и поднялся. – Ладно, идем к изборну. Мы своё дело сделали.
Изборн, провожая, беспрестанно благословлял их, и призывал на них всяческие блага. Хозяйка же изборнова, понимая благодарность в более практичном смысле, починила куртку ватгерна, и натолкала в сумку снеди на дорогу. Из деревни Фрадек и Зараэль вышли, сопровождаемые ребятней, теперь свободно носившейся по улицам.
В полдень остановились передохнуть. Глядя, как девушка заправляет в гнезда браслетов стрелы, извлеченные из убитого волка, Ватгерн вытащил кисет с полученной от изборна платой и развязал его.
– Держи, – он протянул Зараэль на ладони несколько потертых серебряных кругляшей. – Твоя доля.
Глава 3
В Вестроге было шумно и многолюдно. Постоялые дворы прибрежного городка были битком набиты солдатами, ждущими отправки на южные границы. А в город прибывали все новые и новые отряды. Трактирщики, ловя момент, ломили за постой втрое, а то и вчетверо больше обычного. Лавочники и уличные торговцы не успевали подвозить товар – все сметалось в мгновение ока. Градоначальник, пораскинув умом, быстро договорился с каптером, и армейская казенная кухня «пришла в негодность» до того момента, пока из карманов нахлынувшего в город люда не будут выкачаны все денежки. Согнанные в город деревенские мужики не раз поминали добрым словом своих жен и матерей, набивших их котомки провиантом. За городскими стенами развернулся лагерь из шалашей и палаток, где нашли пристанище ополченцы и те из солдат, кому не хватило места в трактирах или было нечем платить. Офицеры же, извлекая максимум выгоды из распоряжения главнокомандующего «оказывать всяческое содействие командному составу», расквартировались по домам горожан, нанося немалый урон их кухням и погребам.
– Куда ты теперь? – спросил Фрадек, когда они добрались до городской управы.
– В порт, искать корабль, – ответила Зараэль.
– А потом?
– Дальше, – пожала она плечами.
Ватгерн усмехнулся её немногословности.
– Что ж, прощай, Мара.
– Прощай, Фрадек.
Она ушла, затерявшись в толпе, ни разу не оглянувшись. Ватгерн постоял, глядя ей вслед, и направился знакомой дорогой.
Особняк, к удовлетворению Фрадека, был почти пуст. Корабль с учениками отбыл на Итамен два дня назад. Порядок в номерах, где размещали адептов до отправки, уже навели, и ватгерн расположился в приглянувшейся комнате. Он позволил себе повременить с отчетом, прежде отмывшись и отоспавшись. Пред очи Ардиша охотник появился только следующим утром.
– Выспался? – кивнул управитель, когда ватгерн вошел в канцелярию – Как прошло?
– Без осложнений, – ответил Фрадек, и бросил на стол перед распорядителем кожаный, с заскорузлыми бордовыми потеками, мешочек.
– Сюда-то зачем? – Ардиш брезгливо скривился, и кончиком пера столкнул доказательство выполненной работы на пол. Потом открыл один из ящиков и выложил на стол перед Фрадеком кошель. Тот взвесил его на руке, развязал и положил на стол пять монет.
– Надолго останешься? – спросил Ардиш, пряча серебро в привязанный к поясу кисет.
– Как получится, – ватгерн направился к дверям, перебрасывая позвякивающий кошелек из ладони в ладонь. – Отдохну пару дней, а там видно будет.
Управитель потер подбородок, словно бы сомневаясь. Потом решился.
– Фрадек! Тут еще работенка образовалась. Барон Ван Рейк перед отплытием поручение оставил.
И подал ватгерну лист. Тот прочел, поднял глаза на управителя, прочел еще раз, вернул его Ардишу.
– Другие ватгерны знают?
– Конкурентов опасаешься? Позавчера Сарадан был, он знает. Ну и, само собой, городская дружина. Если поспешишь, внакладе не останешься.
Фрадек развернулся и вышел.
***
Когда Зараэль добралась до гавани, город уже мерцал огнями вечерних фонарей и факелов. Причалы, у которых ждали своего часа десятка полтора военных кораблей и рыбацкие лодки, были немноголюдны. Побродив по грязному порту, южанка добралась до домика распорядителя. На долгий стук выглянул хмурый мужик в форменной накидке.
– Чего долбаешь? Чего надоть?
Увидев девушку, облизнул губы, улыбнулся.
– У, какая нечаянность! Здравы будьте, иланна. Входите, стужа-то нешуточная. У меня тепло, и харч на столе. Посумерничаем.
– Ты распорядитель порта? – не ответив на приветствие, спросила Зараэль.
– Навроде того, – отер усы ратник.
– Мне нужен корабль.
– Так-таки корабль? – расхохотался служивый. – Вона, выбирай любой.
Зараэль подождала, пока утихнет его смех, и повторила.
– Мне нужен попутный корабль.
– У них у всех, окромя рыбацких, один путь – на юг, – кивнул ратник на темные ряды судов. – Ежели тебе туда, то милости просим. Одначе, иланна, будь я кроткой девицею, не совался бы. Но уж коли подзаработать охота, так вестрогские «мамки» набирают девок для нашего славного воинства. Могу и адресок подсказать.
Зараэль вздохнула, размышляя – убить хама или покалечить. Сдержалась.
– Мне нужен корабль на остров Норхет.
Распорядитель поперхнулся хихиканьем, посерьезнел, стараясь вглядеться в лицо стоящей перед ним девушки. Сумерки и капюшон не позволяли рассмотреть её.
– Отсюдова такие не ходют, – ответил холодно, скрываясь в доме.
– А откуда «ходют»? – Зараэль пнула ногой дверь. Ответа не последовало.
Пнув с досадой еще пару раз по двери, Зараэль отошла к причалам. К плеску волн и шелесту вымпелов на мачтах примешивались голоса уходивших в город рыбаков и ратников. Южанка обернулась на шорох береговой гальки позади. К ней, попинывая камушки и заложив руки за спину, подошел некто – долговязый, в драной свитке.
– А корабль будет, – остановившись поодаль, словно бы и не к ней обращаясь, скрипуче проговорил человек. – Только он не отсюда отплывает.
Зараэль оглядела незнакомца.
– Говори.
– Говорильня денег стоит, – стрельнул тот на неё глазами.
Зараэль подумала, и, достав монетку, показала её долговязому. Он протянул ладонь, пристально разглядывая девушку с хитроватой улыбкой.
– Говори, – повторила она и зажала деньгу в кулак.
– Ежели ты в маги собралась, то тебе сперва в их приемный пункт надо, – уже с открытой насмешкой ответил тот. – Могу показать, где это. Их корабль раз в месяц приходит на дальний пляж.
Зараэль разочарованно убрала монету.
– Это мне не подходит.
Незнакомец озадаченно замолчал. Зараэль медленно двинулась прочь.
– Погоди, – догнал он её, и зашептал, – а деньги? Деньги есть?
Зараэль достала монеты, полученные от Фрадека.
– Это пока всё. Остальное заплачу на месте.
– А сколько?
– Я не жадная. Называй сумму.
У долговязого загорелись глаза. Он закусил губу, с вожделением уставившись на деньги.
– Приходи сюда…, – он почесал за ухом. – Да, как городские сторожа второй раз пройдут, так и приходи.
Прошуршала галька, и незнакомец затерялся за портовыми постройками. Зараэль еще постояла на берегу и пошла в город. Ближайший к порту трактир светился окнами, двери то и дело хлопали, впуская и выпуская посетителей. Продрогшая южанка вошла в жаркий зал, заполненный людьми, пропахший запахами еды и табака. Трактирщик, потный и красный, метался за стойкой, покрикивая на прислугу. Очаг пылал, потрескивая капавшим на уголья жиром с жарившихся индюшачьих тушек. Служки сновали по залу, подтаскивая к столам полные подносы, и убегали на кухню с пустой посудой. Южанка оглядела зал: плащи, накидки, нашивки с гербами Вестрога – тремя красными рыбами на синем фоне, и Зоротронда – желтым снопом на голубом фоне, – трактир был полон ратников. Кое-где за столами серел одеждой простой люд. Зараэль пробралась в сумеречный уголок, примостилась на пустой бочке, пахнущей кислой капустой, и задремала, игнорируя дразнящий запах еды. Её никто не тревожил. Время от времени ровный гул голосов нарушался то смехом, то краткой перепалкой посетителей. А то трактирщик прибавлял громкости голосу, подгоняя подручных.
С порывом свежего воздуха, ворвавшегося в открытые двери, в трактир вошел новый посетитель – старик в долгополой поношенной одежде. Он постоял на пороге, разглядывая зал, и побрел к очагу. За спиной у старика была котомка, из которой выглядывал потертый гриф лютни. Трактирщик кинул взгляд на музыканта, указал на скамью у очага. Сидевшие там люди, завидя барда, сдвинулись плотнее, освобождая ему место.
– Садись, тато, грейся – один из мужиков похлопал ладонью по скамье.
